Один раз в году...

Очень давно, когда я был еще маленьким, я услышал странную, завладевшую мною историю. Точнее, это была даже не история, а рассказанное кем-то поверье: если в новогоднюю ночь, в тот самый миг, когда один год сменяет другой, и часы бьют двенадцать, в темной спальне лечь на кровать и засунуть под нее руку – можно поймать черта. И тогда он исполнит любое твое желание.

Услышанное поразило меня. Возможность оказаться столь близко к неизведанному, прикоснуться к тайне, оказаться на волоске от потустороннего овладела мною. Я твердо решил во что бы то не стало однажды так и постуить, проверить однажды, правда ли это?

Почему я не сделал этого в первую же новогоднюю ночь? Не знаю. Сам себе я объяснял, что просто как-то не складывалось, не получалось, не сходилось все к тому, чтобы совершить задуманное. Год от года повторялось одно и то же – все сидели за новогодним столом, стреляло шампанское, звучал смех, и неловко было в этот момент встать и уйти. И я оставался сидеть со всеми, и улыбаться, и радоваться. И встречать со всеми вместе праздник. Но... В глубине души при этом я всегда думал, что мое место не здесь, не среди этого веселья, а там, в темноте мрачной спальни.

Шло время. Я взрослел. И однажды пришел тот год, тот час, когда я понял – теперь или никогда. Когда часы начали бить двенадцать ударов в последний раз в году, я вскочил из-за стола, кинулся в спальню, закрыл за собой дверь, и ничком упал на кровать. От решимости и начавшего овладевать мною страха сердце мое бешено стучало. Пока часы отбивали один раз, сердце успевало ударить десять. В голове все гудело. Тело горело. С третьим ударом я, хотя и так ничего не видел в темноте, зажмурил глаза, и медленно стал опускать руку. Пятый удар. Я слегка коснулся пальцами шершавого пола. Помедлил, задержал дыхание, и стал заводить руку под кровать. Чувства мои обострились до предела. Дыхание стало сиплым из-за пересохшего горла. Я ощущал кончиками пальцев каждую трещинку на полу, каждый комочек пыли. И продолжал двигать руку вперед. И ждал. Ждал, сам не зная, чего. От внутреннего напряжения мой разум настолько онемел, что я даже не пытался представить себе, что же именно должно произойти. Что меня ждет в этой темноте? До чего я должен дотронуться? Чего коснуться? Я просто продвигал руку все дальше и дальше, ожидая, когда пальцы наткнуться на что-то. Что-то… Живое и горячее. Что-то, чему не место в этом мире, что может попасть сюда только лишь в один миг за целый год, когда грани между тем и этим мирами на доли мгновений становятся едва осязаемыми. Девятый удар. Десятый. Я перестал дышать. И медленно двигал руку все вглубь и вглубь сосущей темноты. Одиннадцать. Долгая-долгая пауза. Долгая-предолгая тишина. Тишина, звенящая у меня в висках. Тишина, рвущая меня на части. Нечеловеческая, невыносимая…

Я не выдержал, и закричал. И еще до того, как ударило двенадцать, выдернул руку, и, не помня себя от обуявшего ужаса, вскочил на ноги прямо на кровати. Далеким выстрелом, прошибающим меня насквозь, раздался двенадцатый удар. Тело колотило страшной дрожью. Из носа пошла кровь. Не в силах больше себя сдерживать, я опрометью кинулся прочь из спальни.

Никто ничего не заметил. Играла музыка, раздавался смех. Заперевшись изнутри в ванной комнате, тяжело дыша, я умылся холодной водой, смыв пот и кровь с лица. Посмотрел на себя в зеркало. В глазах моих застыло выражение ужаса. Пальцы тряслись и были холодны, как лед. Человеческого было во мне не больше, чем в теле, расставшимся с душой несколько дней назад.

Я просидел в ванной еще некоторое время, пока не успокоился. И только потом незаметно прокрался по коридору, оделся, и вышел из дома, тихо закрыв за собой дверь. Пошел по улице , вдыхая морозный воздух, подставив лицо падающему снегу. Просто медленно, с трудом переставляя ноги, шел, и не думал ни о чем.

...С тех пор прошло уже несколько лет. Но каждый год, когда декабрь подходит к концу, я всегда вспоминаю об этой истории. Я мысленно вновь и вновь оказываюсь на той кровати. И переживаю заново все произошедшее.

И каждый раз думаю – что было бы, если бы я сделал тогда все до самого конца? Вытащил бы я что-то из под своей кровати?

И если ДА, то ЧТО это бы было?..